Здравствуйте, братья и сестры! Хочу поделиться с вами двумя свидетельствами по правилу схимонахини Антонии:
- Прости меня!
«Когда стала ходить в церковь, узнала, что аборт – это тяжкий смертный грех. Стала молитву читать о прощении, которую мне дал священник. Умом понимала, что аборт – это убийство ребенка, но сердце оставалось глухим.
И вот в одну из ночей просыпаюсь вся в слезах и со словами: «Прости меня! Прости меня!» Через мгновение вспомнила сон. Я видела, что поднимаюсь на второй этаж какого-то помещения. Смотрю вниз, а на первом этаже находились женщины в одинаковых рабочих халатах синего цвета. Все женщины держали руки, сложенными на груди крестообразно, и что-то напряженно высматривали на полу. Меня это удивило, так как пол был цементированный, гладкий, на нем ничего не было. Однако женщины все ходили и ходили по первому этажу и все что-то искали. При этом они очень тоскливо и пронзительно кричали. Их вопль напоминал крик чаек. Поднимаясь по ступенькам на второй этаж, я почему-то тоже вскричала, но мой крик отличался от воплей женщин с первого этажа. Я крикнула отрывисто и грубо.
Далее вижу себя в небольшой комнате на втором этаже. Она была такой, как раздевалка в садике, куда я водила своих детей: стояли шкафчики, небольшой столик. Лежало много игрушек. Посредине комнаты находилась группка детей разного возраста – мальчики и девочки. Они стояли подавленные, игрушки их совсем не привлекали. Возле окна стоял мальчик лет 12-ти. Он был старше всех, неописуемо прекрасный. Я вдруг задаю вопрос: «Кто здесь мои дети?» Далее следует диалог:
— Ты – (называет мое имя и девичью фамилию).
— Да.
— Я.
— А кто еще здесь мои дети?
— Не скажу.
В этот миг кто-то из группки деток обреченно произнес: «Подошел автобус! Снова смерть!» И стали раздаваться такие же обреченные голоса деток: «Смерть! Смерть! Смерть!»
Я упала на колени перед убитым мною сыном, а его огромные голубые глаза приблизились к моему лицу. Нельзя забыть эти глаза, до краев наполненные слезочками.
Я очень плакала и все повторяла: «Прости меня! Прости меня!»
Наверное, убитый врачами в моей утробе сын, простил меня, как и остальные загубленные мною дети. Но разве можно вернуть все назад и не допустить той страшной боли, которую перенесли мои дети во время аборта. Если бы я знала то, что узнала гораздо позже: в утробе женщины не какой-то там сгусток материи, а человеческая личность. Советская пропаганда обманывала нас, все было скрыто. Разве я смогла бы подвергнуть своего ребенка запредельным пыткам, ведь в 18 дней у него уже стучало сердечко. Прошло еще несколько лет, я узнала о правиле схимонахини Антонии и стала читать его. Господь показал мне всех загубленных мною детей. Я нарекла им имена. Стала молиться о них каждый день, называя поименно. Каждый день прошу прощения у моих загубленных деток.
- Военный остался жив
«Прочитала правило схимонахини Антонии и в эту же ночь вижу во сне: в комнате
деревянной избы стоит молодой военный в мундире защитного цвета. Открывается дверь, военный быстро перешел на другое место, взял пистолет и приготовился к обороне. В комнату вошел внушительного вида мужик с топором, и я понимаю, что намерения у него страшные: убийство молодого военного. Мужик недолго постоял в комнате, затем повернулся и вышел. Страшный гость не увидел свою жертву.
У меня было впечатление, что этот мужик с топором приходил не раз и не два. И жертву свою он всегда видел. Всегда, кроме последнего случая. Я была уверена, что больше мужик с топором власти над военным не будет иметь никогда.»
Нина Николаенко, г.Макеевка, Донбасс, 2021г